Сергей Васильев: «ЦВЕТ»

дополнительные замечания

(приведены в порядке следования соответствующих фраз и фрагментов в тексте романа)

…я провел ладонью по крылу, нагретому солнцем.

— Ведь скутер до этого был в гараже, да еще и под чехлом. Его только что извлекли. Когда он успел нагреться?

Уборщик сжал стальную лапу, сминая скутер, приподнял его и бросил в мусоровоз.

— Четыре нестыковки:

1. Странно, что в уборщике не было блокировки на случай обнаружения в объекте живого человека.

2. Двери скутера перед этим были заблокированы, герой не мог выйти. Как же он выбрался сейчас?

3. Пашка говорил, что ему «придется на заводе договариваться». О чем — если автомат-уборщик просто выбросил скутер в мусоровоз?

4. Откуда взялся уборщик, если скутер объявился у другого дома? Мотался по всему району в поисках скутера, который надо утилизировать? Так и не мотался, как выясняется в конце. Сразу туда приехал. Почему тогда — к другому дому? Странно, по меньшей мере…

— А вообще переделанный под «машину времени», один раз сработавший и отправленный в утиль скутер — типичный «рояль из кустов»!

Милое пустое личико внутри, ожидающее, когда же наконец посетитель приступит к изложению своей просьбы.

— «Пустое» в данном случае — неудачное слово. И ожидать может человек — но никак не «личико».

Девушка захлопала ресницами, скромно улыбнулась и чуть зарделась. Чувствуется, что к комплиментам привычна.

— Такая реакция скорее указывает на то, что она к комплиментам НЕпривычна!

Человек, обличенный властью…

— облЕченный.

В холле мое внимание привлек небольшой зимний сад. Растения, нескладно растущие за прозрачной загородкой, выглядели чахлыми и замученными. Неровные толстые стволы, покрытые разнообразными колючками, белые и красные цветки отталкивающего вида, каменистая почва под растениями. Что за опыты они проводят над несчастными растениями, видоизменяя их до полной неузнаваемости?

— Слишком много повторов слова «растения» на один абзац.

— Почему учитель так легко согласился помочь Илье? Ведь знал же, что это смертельно опасно и для Ильи, и для него самого. Да, поначалу пытался отговорить — но как-то очень недолго, вяло и неубедительно. «Не верю!» (с) Станиславский.

Он сделал несколько шагов к оператору, но внезапно растекся студенистой массой, которая поглотила участок зелени под ней. Неприятное и отталкивающее зрелище.

— Ничего себе — «неприятное и отталкивающее»! Просто жуткое!

— Почему герой сразу не спрашивает у бывшего учителя — что это за пакость, которая сбежала из биологической лаборатории? Вполне закономерный вопрос, он должен был задать его одним из первых. Почему герой его не задает?

— Поведение Ольги и начало разговора с Ильей — какие-то совершенно дурацкие и неестественные.

То, что мы жили в одном помещении, никак не отражалось на наших разговорах.

— Как-то странно звучит. Может, все-таки «на отношениях», а не «на разговорах»?

Почему люди помогают мне? Что я для них? Бросают свои дела, отдают в пользование дорогие вещи, делятся информацией. И всё за просто так.

— Вот именно! С чего бы это?

— Откуда ханец узнал, что гость соседки разбирается в технике и сможет починить сломавшийся аппарат? Еще один «рояль».

…а десять метров разницы роли не играют.

— Корявый оборот.

Почему бы не вызвать ремонтную бригаду? Она наверняка будет квалифицированнее меня.

— Коряво. Но по сути верно. Почему ханец не вызвал ремонтников?

…разобраться в схеме и причинах неисправности я могу практически у любого прибора.

— Коряво.

У любого значимого автомата есть дублирующие цепи.

— Слово «значимого» в данном случае неудачное.

Человек ждать не будет. Умрет.

— Это почему? Аппарат-то — диагностический! А диагностика — не лечение. Если человеку так плохо, его надо срочно лечить! А диагноз наверняка уже давно поставлен — старик явно не пять минут назад заболел. Так что срочная починка диагностического аппарата больного явно не спасет. Кроме того, когда герой заходит чуть позже к старику, тот отнюдь не выглядит умирающим.

Это было естественное свойство ханьского камня, но я его не понимал.

— Кого (чего) не понимал? Свойства или старика?

…щурил глаза в вечной улыбке…

— Щурить глаза в улыбке? «Оригинально-с!» (с) поручик Ржевский.

Старик улыбнулся еще шире и показал мне за дверь, на диагноста, отметая мои сомнения. Действительно, я совсем забыл, что изначально привело меня сюда.

— Да, память у героя совсем дырявая! «Провалы в памяти? Какие провалы в памяти?» (с) анекдот.

От всего этого кружится голова, и захватывает отчаяние…

— Не «захватывает», а «охватывает».

Что-то мешается.

— Не мешается, а мешает.

Он готов помогать мне. Вывести из облавы и довести до корабля.

— Ну вот и артефакт сразу пригодился! Даже не артефакт, а только оттиск с него. Но каков эффект! Вперед, верхом на рояле! А откуда вдруг так резко взялась облава? И как Илья о ней догадался? Ведь нигде не указано, что он увидел людей, которые его ищут или за ним гонятся! Почувствовал? Как? И откуда ханец может знать, куда направляется Илья, чтобы «довести до корабля»?

…переступая через рисовые циновки…

— Вообще-то по циновкам можно и пройти, переступать через них не обязательно.

Пока мы шли до взлетного поля, я не раз слышал с разных сторон, как поднимались до визга негодующие тонкие голоса ханьцев, а потом затихали, приглушенные грубым рыком солдат. Еще несколько минут, и они дойдут до барьера, увидят одинокую бегущую фигурку и начнут стрелять.

Интересно — какая перед ними стоит задача?

Очередные, не очень далекие крики. Я киваю в ту сторону, и мои провожатые понимают…

— Как соотносится «одинокая бегущая фигурка» и «мои провожатые». Нестыковка! Герой на поле не один, а с ханьцами.

Конечно, барьер слегка им мешает.

— Тем не менее, ампулы спокойно проходят сквозь барьер и точно попадают в героя. Зачем такой барьер вообще нужен? Кого (что) он может задержать? Только напрасный расход энергии на его поддержание — и больше ничего.

Но неужели миротворец не сможет справиться с таким незначительным препятствием и вволю пострелять?

— Оригинальные у них «миротворцы»…

Люди старше среднего возраста предпочитали совсем другие развлечения: азартные игры, выпивку, неограниченный секс.

— Какое-то суховатое перечисление, как из путеводителя, справочника или протокола. И что такое «неограниченный секс»? Просто «секс» — было бы достаточно. А там уже — кому какой нравится: кому ограниченный, кому неограниченный, кому разнузданный, кому вообще полный сексуальный беспредел!

И времени, и здоровья хватало на всё, даже просто постоять с девушкой под звездным небом и полюбоваться планетой внизу.

— Ну, если время это действительно занимает, то много здоровья на это не нужно.

Достал индикатор напряжения и выяснил, в каком из них максимальное напряжение.

— Два «напряжения» в одной фразе. И откуда у него этот индикатор? С собой все время таскает?

Нельзя надсмехаться над женщинами.

— насмехаться. Без «д».

Пламенем охватило весь коридор по периметру. И оно пошло на нас.

— Да их же в первую очередь и должно было обжечь, а то и вообще спалить живьем! Автор представляет себе, что такое пожар с подпиткой из кислородного баллона в закрытом помещении?!

…включается ракетный двигатель и с начальной скоростью около полутора тысяч метров в секунду кабина летит к поверхности.

— Это какое ж должно быть ускорение?! Да людей просто размажет! Ускорение свободного падения на Земле g = 9,8 м-с/с. Округленно принимаем 10. Т. е., в первую секунду тело пролетает 10 метров, во вторую — 20, в 3-ю — 30 и т. д. Т. о., чтобы разогнаться до 1500 м/с, при ускорении 1g лифту потребуется около 150 секунд. Даже при ускорении в 10g (что ОЧЕНЬ много, выдержать такое почти нереально) лифту потребуется 15 секунд, чтобы набрать скорость 1500 м/с. Т. о., скорость 1500 м/с никак не может быть начальной. Это может быть средняя или «крейсерская» скорость спуска. И для ее набора лифту потребуется, минимум, минута — чтобы людей не размазало. Ибо про гравикомпенсаторы в тексте ничего нет.

…полет длится шесть часов.

— Т. е., минимум, 5,5 часов с крейсерской скоростью 1500 м/с (полчаса убираем на разгон и торможение, там скорость меньше). Считаем: 5,5 х 3600 х 1,5 = 29700 км. Плюс во время разгона и торможения скорость тоже не нулевая — итого получаем высоту орбиты не менее 30000 км. Это близко к высоте геостационарной орбиты спутника в условиях Земли. В общем, правдоподобно. Тут автор молодец!

У меня рука не поднялась резать ленту […] Да и чем бы я ее резанул?

— И зачем тогда вообще об этом писать?

И всё-таки они выстрелили в последний раз.

— В кого? Зачем?

Я не стал смотреть, ни к чему. И так понятно, каков результат.

— А вот читателю — непонятно. И каков же?

…под прикрытием двух автоматов […] вооруженных новейшим оружием…

— Это автоматы-то, в далеком будущем — «новейшее оружие»?!! Да и откуда герой так хорошо в оружии разбирается, что знает, что оно — новейшее? Он же не военный.

Я заложил всех насекомых в резинку рогатки, предусмотрительно сделанной мной во время падения…

— Ну он и вправду ОООЧЕНЬ предусмотрительный! Раньше такой предусмотрительности за героем не водилось. И из чего же он рогатку сделал?

Три паразита удачно стукнулись в панцири миротворцев, злобно загудели и вцепились в их открытые лица.

— Совсем идиоты. Миротворцы, в смысле. Пооткрывали шлемы скафандров. А жуки-паразиты что-то слишком сообразительные. Стукнулись-то они в панцири — но тут же отыскали открытые лица и в них вцепились! Весьма странное и излишне разумное и целенаправленное поведение для жуков.

— Странный биологический механизм у местной мухи. С чего она на металл кидается? Да и мальки-«иглы» уж больно круты — панцири пробили!

…и наемник грязно выругался.

— Стоп-стоп-стоп! Они наемники или миротворцы? «Это две большие разницы», как говорят в Одессе!

…бандит выскочил из шлюза…

— А теперь он вообще бандитом оказался! Миротворец, наемник, бандит… так скоро он окажется маньяком-убийцей, наемным киллером и педофилом-рецидивистом «в одном флаконе»!

— И вообще, это не солдат-миротворец, а какой-то опасный псих и к тому же идиот! Кто вообще таких в миротворцы берет? Да и коллеги его ненамного лучше — натуральные болваны. Вывод: полная профессиональная непригодность у всех. Интересно, у них в миротворцах все такие? Или это было специальное подразделение недоумков?

— Куда подевались усыпленные миротворцы? Ведь зель убила только одного. Семеро остались в живых. С оружием. И приказом задержать беглеца. Через некоторое время они должны были прийти в себя и отправиться на поиски Ильи. И/или связаться со своим начальством на орбите. Короче, они должны были что-то делать. И, скорее всего, вскоре выйти на Илью. Однако более об этой группе нигде не упоминается. Нестыковка, однозначно.

— Провокация? Но тогда Шандар грозит опасность. Надо ее укрыть.

— Где укрывать? Как? От кого? От людей-поселенцев? Они не самоубийцы! Ведь герои находятся на родной планете зель! Шандар еще попробуй убей (или возьми в плен)! А если это случится — придут ее соплеменники, и мало не покажется никому!

— Провокация направлена против нас, да. Но не только. Она направлена против всех, кто связан с нами. Разве ты не знаешь? «Кто общается с чужаком — хуже чужака».

— Не слишком ли крутые меры против одного (двух) человек(а)? Ведь совсем недавно его даже убивать не хотели. А теперь — перебили кучу народу на другой планете исключительно с целью «подставить» — и то весьма косвенно! Абсолютно неадекватные действия! Или это был монтаж? Фальсификация? Непонятно…

А ведь со мной две девушки, за которых я отвечаю.

— Ага! Одна из которых играючи положит взвод спецназа!

— Не всё здесь в таком состоянии, как ты думаешь, — успокоила меня зель, — кое-что вполне работоспособно.

— Он ведь только что прогнал тесты и выяснил, что почти все работает нормально!

Воевать в космосе? Чем? Пульнуть огроменным астероидом по планете?

— При чем тут астероид и бомбардировка планеты? Они же собрались чужой корабль захватывать, а не планету бомбить! Тут каждая минута на счету, а герой думает о всякой отвлеченной ерунде.

— За полчаса собрать нужное устройство (для имитации газовой атаки на корабле) из подручных средств и заложить в него нужную программу (которую тоже еще надо написать) — нереально.

Межпланетник, к которому мы приближались, даже не запросил опознавательный сигнал. Потрясающая беспечность!

— Действительно! Видимо, это не одно подразделение такое было — в миротворцах служат одни идиоты и разгильдяи!

Скафандр и есть такое средство. Шандар же с Ольгой не озаботились его заранее надеть и поэтому некоторое время мельтешили, пытаясь избежать снотворного газа. Как ни странно, им это удалось.

— Каким образом, интересно?

Довожу до вашего сведения, что объекту  удалось уничтожить группу квалифицированных наемников…

— Во-первых: они все-таки наемники или миротворцы? Это, как уже говорилось, «две большие разницы». Во-вторых: наемников (миротворцев?) не уничтожили, а усыпили (и первых, на планете, и вторых, на корабле). (Кстати, в этом плане гуманизм автора и героя радует. Кроме шуток. Это — серьезный плюс автору. Трупы есть, но их — минимум. Обычно, когда можно не убивать, герои не убивают. Это хорошо.) В-третьих: если эти клинические идиоты, которые вообще ни на что неспособны — «квалифицированные», то тогда страшно подумать, какие же у них тогда «неквалифицированные»?! Вообще слепо-глухо-немые дауны-паралитики?

…разрушено транспортное снабжение с поверхностью Зельде.

— Не «снабжение», а «сообщение».

— Я умею ориентироваться. Было бы по чему, — сказала зель.

— Что значит «по чему»?

— Базовые точки должны быть. Не менее трех. Это звезды определенной светимости и диапазона излучений.

— Откуда такое умение? Она ведь раньше в космос не летала: об этом прямо сказано в тексте. А изучить такое теоретически, чтобы с первого раза взяться применять на практике, вряд ли возможно.

Пока я спал, корабль вышел к реперной точке. Естественно, поступил запрос от компа: «Задайте координаты перехода».

— Т. е., дальше можно лететь на том же корабле. Тогда почему они оставили корабль Рустама? Могли бы дальше лететь на нем. Вряд ли Рустам поставил условие: «До ближайшего репера — и гоните корабль обратно!» А если бы поставил, Илья бы не удивлялся, почему они пересаживаются. В общем, в предыдущем оставлении корабля Рустама логики — ноль.

Просто громадная каменюка, летящая в пространстве, каким-то образом связанная с реперной точкой, точные координаты которой не определялись.

— Координаты каменюки или реперной точки?

— Ты не прав, Илья…

— Теперь уже Шандар его мысли читает? Или автор опять забыл обозначить прямую речь? А то получается, что Илья думает, а Шандар вслух отвечает на его мысли.

Скорей всего, меня хотят изолировать, не привлекая всеобщего внимания.

— Ну да, конечно! Стрельба ракетами по лифтам на виду у персонала станции и туристов, провокация с нападением зель на людей, чтобы люди на планете Зельде сами убили или выдали Илью властям… Это называется «изолировать, не привлекая внимания»?! А хоть бы и привлекая — какая разница? Даже если взять «с шумом» — объявить потом, что «задержан опасный террорист», не называя фамилии — и дело с концом. Народ отнесется с пониманием.

— В гостиницу, конечно. Должны же мы где-нибудь спать?

Надо же! Они что — план выработали, как на Бриссе действовать?

— Поселиться в гостиницу — ну да, сложнейший и оригинальный план, трудно было додуматься!

Корабль возвращать — Рустам обижать?

— Вот именно! Почему сразу дальше на его корабле не полетели?

Голову я приноровился прикрывать куском материи, чтобы волосы не лезли наружу.

— Корявая фраза.

Шандар сделала шаг назад, несильно толкнула меня в грудь и уложила на землю. Тем же движением вынула из кармашка шарик на металлической нити…

— Толкнуть в грудь человека и вытащить из кармана шарик, конечно, можно одновременно, но это — разные движения.

— Хорошая заточка, — прокомментировала Шандар.

— Даже плохо заточенный меч легко пробьет человеку горло. Да что там меч — даже деревянный кол, заостренный на конце! Без всякой «заточки».

— Ты же не нарочно, — успокоила меня Шандар.

— Детский лепет! А в устах суровой зель — вдвойне.

Оставить на месте этот предмет мне показалось неуместным.

— На месте — неуместным.

— Реакция Ольги на принесенный Ильей артефакт во второй раз заметно отличалась от первого. Сначала обрадовалась, потом, когда узнала, что артефакт Илье всучили какие-то типы — рассердилась, обиделась… И про сам артефакт тут же забыла. А ведь в первый раз он ее буквально заворожил. Почему же этого не произошло во второй раз?

…но цепкие лапы октопуса крепко держат у самого дна. […]. Шандар отрубает лапы морского чудовища…

— Октопус — это осьминог. У него не лапы, а щупальца.

— Оля, — сказал я совсем негромко, чтобы не привлекать излишнего внимания Шандар и Рустама, — давай жить вместе…

— Оригинальное предложение руки и сердца!

Рекомендую объявить передачу, показанную по Всемирной сети, провокационной и полностью сфабрикованной враждебными нам элементами.

— Так на самом деле передача была подделкой, или для того, чтобы подставить Илью, действительно перебили кучу народу? Если первое вполне возможно и относительно логично, то второе — настоящая резня — представляется маловероятным. Слишком уж неадекватные меры даже не для того, чтобы поймать — а только чтобы подставить одного человека! Хорошо бы автору где-то здесь конкретизировать этот момент. Достаточно будет одной фразы — просто чтобы читатель понял: это была фальсификация, или настоящая резня?

— Кстати, а что все-таки герой решил сделать со странным артефактом, который ему всучили? Ведь за него на Бриссе и в тюрьму упечь могут! Надо что-то делать — избавиться от этой вещи законным способом. А герой (и автор!), похоже, об этом попросту забыл. Герой попытался решить проблему, не решил, забыл о ней и занялся другими делами. Но проблема-то осталась! Пусть бы Илья хотя бы разок вспомнил о странном предмете, подумал, что надо вернуть его торговцу, или еще что. Пусть бы пока отложил решение — но хотя бы не забыл совсем о проблеме. О том, из-за чего тебя в любой момент могут упечь за решетку, так просто не забывают!

Она не держит на себе, а тянет вниз, стремясь удержать всё, что в нее попало.

— Держит — удержать.

А площадку ровняют под мини-завод — иначе, зачем силовой барьер? Жилье вон, так без защиты и стоит.

— Странно. Если опасаются нападения хищников или аборигенов — надо в первую очередь защитить жилые дома (тем более, что завод пока не построен). Если же опасности не предвидится — зачем вообще силовой барьер?

…стандартное временное жилое сооружение с нормативным сроком заселения пять лет.

— Откуда Шандар это знает? Она ведь явно не жила в таких домах. Или на Зельде люди тоже жили в таких? Тогда хорошо бы добавить: «Как на Зельде.» Чтоб у читателя на возникало таких вопросов.

Без знаний человечества. И их надо знать ничуть не хуже, чем человек.

— Знать знания — тавтология.

Поэтому Шандар с детства учила всякую заумь, которая никогда не могла ей пригодиться в обычной жизни частного охранника.

— Отчасти это объясняет навыки, умения и знания, которые по ходу повествования обнаруживает Шандар. Допустим, она могла изучить действие усыпляющих и отравляющих газов, человеческие компьютерные системы, расы Галактики, ряд образцов человеческой техники… Но управлять космическим кораблем, не покидая планеты, и определять координаты по звездам в открытом космосе она точно выучиться не могла! А она управляла кораблем, когда они покидали Зельде. И утверждала, что может определить координаты по звездам. Нестыковка.

Но, получив его, зель смогла вполне открыто узнать сведения, не предназначенные для всеобщего обозрения.

— «Вполне открыто» тут лишнее.

Михайлов пытался перейти на самообеспечение, но всё время что-то мешало. […] Выходит, надо поддерживать Слободу и в этом идти против политики, проводимой Михайловым.

— То есть, Михайлов, начальник колонии, хочет перейти на самообеспечение, а Слобода, его зам., ему мешает? Но если Слобода — сепаратист, хочет независимости, то для него самообеспечение колонии жизненно важно! Иначе какая может быть независимость? Зачем ему мешать переходу на самообеспечение? Полный бред получается! По этому вопросу начальник и зам. должны действовать в одном направлении — независимо от сепаратистских настроений или их отсутствия. Так что или Шандар ошибается в своих рассуждениях, или автор тут что-то «нарулил». Скорее — автор.

Но спасение людей равносильно помощи Слободе. Так что выбора нет.

— Почему? Похоже, тут авторская мысль столь глубока и хорошо спрятана, что полностью ускользает от читателя. Вообще, в последних трех-четырех абзацах главы «4. Сиба» каждая отдельная фраза вполне осмысленна, но вместе они никак не складываются, полностью противореча как друг другу, так и вообще логике и здравому смыслу. Или это образец «чужой», инопланетной логики зель, недоступной человеческому пониманию? Потому что с точки зрения человеческой логики получается полный бред.

И почему «нет выбора»? К примеру, втихаря утопить в болоте пару главных заговорщиков — и заговор развалится сам собой. Или разузнать, кто и как нарушил связь, починить самой или заставить починить того, кто умеет — и связаться с Содружеством. А есть еще много других вариантов. Шандар же, похоже, выбрала самый сложный, долгий и малоэффективный.

Достаточно лишь перенаправить их усилия в нужном направлении.

— Перенаправить — в нужном направлении. Тавтология.

— Слишком легко и быстро Слобода со всем согласился. Слабо в такое верится. Чтобы начальник, который мечтает о еще большей власти, мгновенно и безоговорочно послушался подчиненную, которая работает у него всего несколько дней, да еще и общалась с ним довольно нагло? Не бывает! А о том, чтобы Шандар применяла свои техники внушения, тут не говорится ни слова.

Достаточно включить пеленгатор, и он сам вызовет потерявшуюся машину, поставит ее на автопилот и приведет обратно в поселок. Сразу всем станет ясно — куда это ездил заместитель директора. Всем, кто поинтересуется, если быть точным. Даже такая случайность не устраивает Слободу. Ну и пусть трясется на ухабах, авось, язык прищемит — меньше высказываться будет.

— То есть? Если ехать по целеуказчику, вышеуказанная процедура с пеленгатором невозможна? Интересно, почему? Для пеленгатора, по идее, без разницы: ехал вездеход по целеуказчику, или по визуальным ориентирам. Так что смысл сего абзаца остается темен. Может, проще этот абзац вообще убрать?

Наблюдателю со стороны приход к власти Слободы казался цепью случайностей. Что-то действительно произошло случайно.

— Интересно, что именно? Исчезновение Михайлова? Вот уж «случайность»! А назначение Слободы начальником произошло закономерно и автоматически: он был заместителем Михайлова. И где тут случайности?

Зурабов — хороший противник. Сразиться с ним будет достойно ее.

— С чего бы это?!

Люди ей верили и доверяли…

— Тавтология.

…но подобраться туда без специфических приспособлений нет никакой возможности.

— Специальных, а не специфических. И скорее уж снаряжения (альпинистского), а не «приспособлений».

И оба они были неспособны использовать способности зель в свою пользу.

— Неспособны — способности.

Он не знал одного: что тревожная кнопка в кармане Слободы связывалась напрямую с Шандар.

— Кнопка «связываться» не может.

Лишь когда она захочет, тогда и увидят ее во всем блеске.

— А вот это уже дешевые понты, совершенно нехарактерные для Шандар! Согласно заявленному характеру зель, у нее не должно быть подобных мыслей. По крайней мере, в такой форме.

Смерть достаточно часто служит ради сплочения оставшихся.

— Слово «ради» — лишнее. «Служит сплочению».

…и давать честное слово, что будет честным.

— Честное — честным.

Ящерицы сразу под гусеницы лезут — работа останавливается!

— А ящериц давить запрещено, что ли? Если да — надо бы сказать об этом хотя бы парой слов.

Когда мы выключаем глушилки, ящерицы просто не дают работать. Лезут под гусеницы, забиваются в кабины и при этом жутко пищат! Ну, не убивать же их! Мы тоже природу любим.

— Ага, конкурентов ликвидировать — это запросто, а природу, значит, любим? А кабины что, закрыть нельзя, чтоб ящерицы внутрь не лезли?

— Не может быть специалистов по внеземным формам жизни! — кричали слева.

— То есть, как это? Уже полгалактики освоили, кучу планет открыли, везде своя жизнь, а специалистов — нет и даже «не может быть»? Нонсенс! Да, потом выясняется, что Шандар выпала на 37 лет назад по времени — но и тогда земляне уже давно летали в космос и успели освоить ряд планет с местной жизнью. Значит, специалисты должны быть!

— «Глушак» базы работает, — равнодушно прокомментировала Шандар. — Надо сменить курс. Зигзагами пойдем. […]

Через каждые три километра лихо разворачивался на сто шестьдесят градусов и несся почти в обратном направлении. Пассажиры чуть не вываливались из сидений на поворотах.

— И как это спасает от действия инфразвуковой глушилки? Ведь она вряд ли она дает узконаправленный луч. Это ультразвук с высокой частотой и малой длиной волны можно направить относительно узким лучом. А инфразвук (низкая частота, большая длина волны), как ни направляй — все равно пойдет если не во все стороны (что скорее всего), то, как минимум, весьма широким сектором. А раз люди в поселке от инфразвука не страдают, значит, радиус действия глушилки не столь уж и велик (большой радиус для разгона ящериц и не нужен, да и зачем тратить лишнюю энергию?). Проще, наоборот, максимально быстро двигаться по прямой прочь от глушилки, чтобы поскорее выйти из зоны ее действия. А так, идя зигзагами, они намного дольше останутся в поле действия глушилки. Короче, маневры — совершенно бессмысленные. Похоже, Шандар тоже заразилась общим идиотизмом. Раньше она действовала относительно логично. Но не сейчас.

Есть же способы убраться отсюда, только она не думала о них, зациклившись на самом простом и длительном.

— Этот способ не только самый длительный, но и далеко не самый простой!

Ей не может нравиться эта коричневая грязь, фиолетовая растительность и животные защитной окраски. Надо улетать. Еще немного, и она будет считать этот мир своим.

— Первая фраза противоречит последней. Если ей не может нравиться этот мир — то с чего она станет считать его своим? А если автор хотел сказать, что Шандар понимает, что вот-вот может полюбить этот мир, и боится этого — то хорошо бы это сказать другими словами, более внятно.

Я думаю, это даже не вещество, а поле. Силовое.

— Что-то я про такое не слышал, — задумчиво протянул Слобода.

— В тексте романа силовые поля упоминаются сплошь и рядом. Значит, они для Содружества — обыденность. Как Слобода мог о них даже не слышать?!

— Видимо, часто общаетесь с представителями других цивилизаций.

— Наверное, имелось в виду «НЕчасто»?

Внутри на гладкой поверхности металла находились рисунки и полукруглые лунки, прикрепленные к выступающим краям обеих полотен.

— Лунки — это вообще-то углубления в чем-то. Они ни к чему не крепятся — они в чем-то делаются. В данном случае — в поверхности металла. И не «обеих полотен», а «обоих полотен». И вообще, корявая и путаная фраза.

Слобода долго объяснял Шандар, что из чего сделано в штуковине, но зель пропускала мимо ушей человеческие названия драгоценных камней и минералов.

— Согласно только что приведенному описанию, никаких драгоценных камней в «артефакте» нет. Только металл.

Будет ли хорошо человеку, если его тупо заставляют делать то, чего он, может быть, и не хочет? А даже если и хочет, но его при этом еще и заставляют?

— Зачем же тогда заставлять, если он и так хочет того же?!

Человек будет нервничать, чувствуя внутреннее противоречие между своими потребностями и навязанным ему изнутри желанием. В конечном итоге это может привезти к деструктуризации личности вплоть до летального исхода.

— Вот насчет летального исхода — очень сомнительно! Люди тысячи лет делают то, что им не нравится — и никто от этого не умирает. Шандар, с ее познаниями, не могла этого не знать. И вообще, в этом месте несколько абзацев рассуждений Шандар попросту высосаны из пальца.

Связь с Землей? Но как ее восстановить? Где же этот злополучный глушак, который отделил их от всей Вселенной?

— Ну наконец-то! С этого и надо было начинать, а не толочь воду в ступе (вернее, в собственной голове).

Если кто и знал — так уже не сможет сказать.

— Это почему? Ни Зубаров, ни Слобода не были специалистами по связи. Значит, если это была диверсия, техническую часть операции по нарушению связи выполнял кто-то другой. И этот человек жив. Первая идея должна быть: найти его, «взять за жабры» и заставить все починить.

А приведенную выше фразу — убрать.

Надо поговорить со специалистами: физиками и связистами.

— А вот это уже дело. Правильно. Только почему она лишь сейчас до этого додумалась? Это же простейшая мысль, лежащая на поверхности!

Действительно, вчера был такой наплыв желающих, что она смогла поговорить с начальниками всего лишь двух лабораторий: геодезической и транспортной.

— Она что, с каждым из этих двоих полдня проговорила?!

В общем, это не яшмовый шар, как вам кажется, а черная дыра по всем физическим параметрам, кроме гравитационных.

— Не может она влиять на наличие связи?

— К чему этот вопрос? Связь накрылась задолго до того, как шары притащили в колонию!

Я взял один шар и ненамеренно положил его в лунку.

— То есть как это — «ненамеренно»?! Если бы «случайно уронил» — еще ладно…

Космодром поражал своей провинциальностью.

— А Шандар что, много космодромов видела? Кроме Брисса — вроде бы, ни одного. Так что если говорить о провинциальности, то неплохо хотя бы уточнить что-то вроде: «В сравнении с Бриссом».

Как можно настроить передатчик, если его еще не существует? Сначала нужно его создать, а уже потом настраивать. Реально это? Теоретически — да. Если найти нужные материалы и подходящего специалиста. На этом и остановимся. Нормальный план. Надо претворять.

— План не нормальный, а совершенно сумасбродный! Если она попала в прошлое, и Сиба еще не открыта — с кем она там свяжется, даже если сумеет построить передатчик?!

Да, в итоге, как выяснится позже, образуется необходимая «петля времени», и план оказывается успешным. Но Шандар-то не могла этого знать заранее! А без этого знания ее дальнейшие действия выглядят совершенно неразумными. Если же Шандар подозревала, что ей удастся переместиться обратно во времени при возвращении на Сибу — надо здесь об этом хотя бы намекнуть парой слов — иначе план Шандар отнюдь не выглядит «нормальным».

Наверняка, здесь не было так хорошо, как показывали.

— Ей никто ничего специально не показывал. Шандар все видела сама.

Но все эти бесконечные зеленые, желтые, красные просторы, глубоко-синие воды океанов и морей, горы с ослепительными снежными шапками, горящие вулканы, красно-фиолетовые закаты, бегущие, плывущие, ползущие, летящие животные, идеальные и прекрасные — невероятно тянули к себе.

— И когда Шандар успела все это увидеть — по дороге на космодром?

…чувствуя, что скоро превратится в кивающего болванчика, которого она не раз видела у ханьцев.

— Где Шандар успела насмотреться на ханьцев и их болванчиков? Свою планету она ранее не покидала, а летая с Ильей, с ханьцами, вроде бы, не встречалась.

— Несколько вопросов. Вы хорошо прочитали объявление?

— Это первый вопрос? Да, хорошо.

Подловить ученого не получилось, и Шандар была этим довольна. Если он подойдет, будет прекрасно.

— И где тут попытка подловить?

Один прибор связи она возьмет с собой, а второй оставит на Земле в укромном месте. В тот момент времени, когда она вернется на Сибу, оставленный прибор активируется, пошлет сигнал, и связь будет налажена.

— Толку, что у нее будет связь с «укромным местом», где никто не примет ее сигнал? И как активируется оставленный прибор? Может, правильнее написать, что Шандар активирует его сигналом с Сибы? Так было бы логичнее и правильнее.

Если удалиться друг от друга хотя бы на восемнадцать миллиардов километров, то запаздывание сигнала на минуту будет ощутимо, если связь не мгновенна.

— Не на восемнадцать миллиардов, а на восемнадцать миллионов. Скорость света — 300.000 км/сек. 300.000 км х 60 = 18.000.000 км.

Что вернет ее назад, на Сибу? Простое желание? Неведомая кнопка возврата? Зачем думать об очевидном? Зель была уверена, что стоит захотеть, и она опять окажется в своем кабинете на Сибе…

— Очень странная уверенность! Откуда она?

…Видимо, достаточно просто пожелать вернуться к тому моменту, когда шар оказался в лунке.

— Здесь и перед этим: весьма странные и путаные рассуждения — и не менее странный, практически ни на чем не основанный вывод. Да, предположения Шандар в итоге оправдались, но это просто очередной «рояль в кустах». Ладно б еще, если б ей помогла интуиция или еще какое «шестое чувство» — но логически такое не просчитывается (потому размышления Шандар и неубедительны, мягко говоря).

Вариант с захоронением в каком-нибудь тайнике Шандар всё же отмела. Швейцарский банк показался более надежным пристанищем. Кроме того, приемник надо было обслуживать…

— А как она проинструктировала персонал банка насчет принятия сигнала в будущем и дальнейших действий? Хорошо бы хотя бы парой слов об этом упомянуть. Хотя бы о самом наличии таких инструкций.

Виталий в охотку отвечал, не обращая внимания на состояние начальства, что работают…

[…]

— Заждались мы тебя. Работа стоит. Как с ней справляться — мы и не представляем…

— Ведь Виталий только что сказал, что — работают! Соврал, что ли? Зачем? И неужели колонисты и двух дней без начальства прожить не могут?! Тем более, что Шандар основную часть указаний успела им выдать. Ну прямо не колония, а детский сад, штаны на лямках!

…Шандар прикрыла глаза и прогнала перед мысленным взором то, что происходило с ней на Сибе. Не было ошибок, за которые можно было себя винить.

— Ну да! И за смерть Михайлова — тоже? Ведь знала, что его могут устранить — и не смогла предотвратить убийство! Или жизни людей ей безразличны? Так ведь, судя по всему — уже нет. Раньше — может быть, но не сейчас. Шандар явно сильно «очеловечилась». А раз так — тогда смерть Михайлова она должна ставить себе в вину. В т. ч. и как воин-профессионал, не сумевший предотвратить убийство.

Гладкая поверхность из опал-серебра перламутрово поблескивала ровно настолько, чтобы не слепило глаз. Борта по контурам половинок из ханьского трехцветного нефрита медленно переливались от темно-зеленого к жадеито-белому. Края лунок с каждой стороны поля подмигивали золотыми искрами в толще желто-красной норанской яшмы…

— Если это та же доска, которую нашла Шандар (или такая же), то при первом описании доски упоминался только металл, и никаких камней. Надо вернуться к первому описанию и поправить его. Хотя бы парой слов упомянуть об инкрустации камнем.

…он тяжело поднял на меня глаза, словно придавленный тяжелым грузом.

— Тяжело — тяжелым.

После чего окажется, что я нахожусь здесь незаконно, скрываюсь под чужим именем, нахожусь в розыске и вообще, тюрьма по мне плачет.

— Нахожусь — нахожусь.

Человек, решив, что я не собираюсь ему отвечать, повернулся и пошел вперед — к невысоким и недалеким строениям. Только сейчас, когда я повернулся, они явно доказали, что планета обитаема.

— А до того, услышав человеческий голос, Илья не догадался, что планета обитаема? Последняя фраза просто лишняя.

Зачем я вмешиваюсь в чужие дела? Раньше мне бы не было до них никакого дела.

— Не было дела до дел.

Рабочий день, середина дня…

— День — дня.

А тебя ведут по хрусткому насту, толкают в спину, сажая в холодный возок на полозьях, и усталая лошадь медленно влечет его по заледенелым колеям, оступаясь. Свет в оконце горит долго, словно ожидая, что тебя вернут обратно. И только поворот скрывает заветное окно, но ты знаешь, что еще долго будет оно светить, бросая неровные блики на истоптанный снег.

— Откуда такие ассоциации у человека, родившегося в далеком будущем на другой планете?

«Разумный с заданными параметрами поиска не существует…»

Эту фразу Шандар повторяла про себя каждодневно, едва дела отпускали ее. Придраться было не к чему — Илья еще не родился. Это случится через год, в семнадцатом.

— Шандар, оказавшись на Сибе, переместилась на 37 лет назад (вообще-то, чуть больше, но она прожила на Сибе полтора года) — эта информация есть в тексте романа. Но Илье на момент начала повествования было 38-39 лет (эта цифра легко вычисляется по информации в начале романа). Таким образом, в то время, когда Шандар находится на Сибе, и к ней перемещается Илья, он уже успел родиться, и ему 1-2 года. А в тексте тут указано, что Илья еще не родился. Нестыковка. Надо откорректировать смещение по времени — скажем, на 40 лет, а не на 37.

— Тогда съезди. Наберись новых впечатлений. Не забудь отметиться у дежурного и получить датчик местонахождения.

— Шандар же по-прежнему считает себя охранником (телохранителем) Ильи! И отпускает его одного в горы на чужой планете? Это, по меньшей мере, странно.

Надо проработать все варианты, чтобы в нужный момент применить его.

— Его — кого? Правильнее — «чтобы применить оптимальный (нужный)».

«Иностранец какой-то», — прокомментировал я про себя.

— Странно, что Илье, помотавшемуся по космосу и повидавшему не только людей множества национальностей, и немало инопланетян, приходят в голову такие мысли.

— Зачем послу убивать Шандар? Совет уже выбран, руководство колонией принадлежит совету, и смерть Шандар ничего не меняет. Да и не занимаются послы убийствами — для этого есть совсем другие люди.

— Тварь (гигантская многоножка, которой Шандар сильно испугалась) Шандар явно знакома. Но планета Зельде в то время еще не открыта людьми — значит, с ее родной планеты эту тварь привезти не могли. А обо всех путешествиях Шандар в космосе мы знаем — она нигде ни с чем подобным не встречалась. Тогда откуда Шандар знает об этой твари? Если б видела только в учебных фильмах — так сильно не испугалась бы, однозначно!

…Я — спокойный, рассудительный, вдумчивый, без заскоков и внезапных решений.

— Ты это кому другому расскажи, — охладила меня Шандар.

— Опять не обозначена прямая речь. Получается, что Шандар отвечает не на реплику, а на мысли Ильи.

…И если бы не туман, мы наверняка насладились бы резьбой по камню.

— Как же! — сказала Шандар. — Мертвыми камнями я ему тут наслаждаться буду!

— Опять ответ на невысказанную мысль.

Радостно жужжа, насекомое сорвалось с моего плеча и полетела к проходу.

— Насекомое — полетела. Несогласование родов.

— Может, поджечь? — задумчиво произнес я.

— Поджечь — металл? Странная мысль, однако.

Одним движением я снимаю меч с пояса и ударяю по механическому служителю закона. Странно, что попадаю. Или в этого робота не вложили инстинкт самосохранения?

— Эти Властители, Нораны — они что, тоже инфантильные идиоты? Или это конкретно один Нейдар такой?

— Как же я принесу тебе этот предмет, если буду мертв?

Да, в логике ему не откажешь.

— В отличие от Нейдара.

Уже сколько времени мы сидим в доме Нейдара, ничего практически не делая, а только разговаривая и размышляя. Или зель считала дни, проведенные здесь, потраченными с толком?

— А действительно, сколько времени они провели у Нейдара? Судя по тексту — не так уж много. День, максимум, два. Так что размышления Ильи на эту тему выглядят несколько странно.

…и ждала, когда противник достигнет той точки, в которой ее единственный выстрел без промаха достигнет цели.

— Достигнет — достигнет.

Стрелок 2 — попаданий 95%.

— Судя по тексту, Илья немало «мазал». Значит, 95% попаданий никак не может быть. В лучшем случае — процентов 70. И то вряд ли, т. к. по последнему противнику он стрелял много, и ни разу не попал.

…вывести из парализованного состояния человека можно не раньше, чем через три часа, если желаешь сохранить ему здоровье. С Ильей же, усыпленным газом, было значительно проще: максимум час, и то, если не применять специфических средств.

— Но в него ведь попали и из парализатора, и не один раз (см. ранее по тексту). Так что он и усыплен, и парализован.

Единственное, что можно сказать наверняка, — он будет одет в форму сил усмирения.

— Почему это? Он вполне мог и не входить в группу захвата, прятаться до этого в здании и, соответственно, быть одет и вооружен как угодно.

То, что он встретился вообще не с человеком, стрелок даже не предполагал.

— Откуда такая уверенность? На чем она основана?

— Почему Шандар называет убитых «киллерами»? Они ведь должны были взять Илью живым. Какие ж они в этом случае «киллеры»?

— Ты нужен им живым.

— Вообще, странная смена приоритетов. Когда стреляли ракетами по космическим лифтам — тоже живым взять хотели? Когда Илью «подставляли» — тоже, небось, понимали, что его могут запросто убить, а не сдать властям. А теперь вдруг снова — живым (как при самой первой попытке задержания). Странная непоследовательность.

…узкая полоска каменистого пляжа…

— Вроде бы, раньше говорилось, что пляжи на Петерсите песчаные. Да и вообще, на правительственной планете — каменистый пляж?! Нонсенс. Даже если природный берег тут каменистый — уж постарались бы, привезли песок и все сделали по высшему классу.

…купальник, панаму и тапочки. Илья получил практически то же самое в мужской раздевалке.

— Что, и купальник тоже?

— Нам бы в помещение, а? Согреться.

— Да вроде ж, тепло! Народ на пляже загорает.

Но Корд уже сам сообразил, явившись с запотевшим кувшином.

— Ага, это называется, «согреться»!

Здесь действительно безопасно. Как маленькой собачке, спасающейся от волков в клетке льва.

— Несколько странное сравнение, мягко говоря.

В тебе есть жажда жизни. А твоя девушка — не такая. Она — человек действия.

— Чем жажда жизни противоречит «человеку действия»? А тут ведь именно противопоставление.

…это было море. Чужое, неистово-злое, холодное.

— Отчего же — холодное? Они не так давно купались, и вода была теплая.

Илья не стал убеждать зель. Достаточно было подумать, чтобы и она всё поняла:

«Ах, Шандар! Ты действительно прекрасна! […]»

— И она поняла весь длинный мысленный монолог, который следует дальше? Это уже телепатия! Понимание столь длинного мысленного монолога на простое взаимопонимание никак не спишешь.

…Илья не виноват, что мы попали под действие «излучателя радости» — гипнотической машины для удержания преступников и их перевоспитания.

— Кто и зачем установил там подобную машину? И почему тогда Корд имел доступ к ней и смог ее отключить? И почему никто не встревожился после отключения машины, если она должна была оставаться постоянно включенной? А если не должна была — тогда кто и зачем ее перед этим включил? Короче, логики — ноль.

Четверо швосов сцепились с двумя танланцзы […]Их восемь — численное преимущество за ними.

— Только что было четверо — и тут же стало восемь. Или до этого четверо дрались, а остальные только смотрели? Непонятно.

Кому я нужен?

— Ага! За ним охотятся по всей галактике (и Илья это знает!), а он: «Кому я нужен?»!

— Я должен подумать, — задумчиво сказал он.

— Подумать — задумчиво.

— Как это всё тривиально, — скучным голосом сказал Илья.

— Вот это точно! И это еще мягко сказано. Детский сад, штаны на лямках!

Ведь не все могут путешествовать силой мысли куда хотят. И вряд ли когда-нибудь смогут, даже если он всё подробно расскажет Рустаму, на пальцах объяснит — как у него это происходит. Равносильно тому, как голубоглазый обучает кареглазого менять цвет глаз самовнушением.

— Почему Илья так решил? Возможно, это умеет каждый — надо просто открыть в себе это умение и научиться им пользоваться, как это произошло с Ильей. Странно, что такая простая мысль не приходит герою в голову. Независимо от того, правильна она или ошибочна, она уж точно имеет право на существование. Кстати, мог бы и проверить — попытаться обучить кого-нибудь своим умениям. Ту же Шандар, к примеру, или еще кого.

Еще завезет куда-нибудь, где следящих камер нет, и что-нибудь такое со мной сделает. Да пусть делает, не жалко, хоть какое-то развлечение.

— Странное понятие о «развлечениях»! А из зоны, где есть следящие камеры, они и так наверняка уже давно уплыли. (Фраза чуть ниже это подтверждает.)

Да и слышно — не живой говор у Оме, а литературно-выверенный.

— Откуда такое наблюдение? Он ведь пока всего несколько слов сказал. Довольно простых, к тому же.

— Ого, — удивилась я. Совсем немного.

— Противоречие между «ого» и «совсем немного». «Ого» — это, как правило, «много».

— Откуда фейн знает язык, где взял нейтрализатор?

Как такое могло случиться за те несколько тысяч шагов, что я сделала с ним на плечах?

— Откуда у девушки силы, чтобы тащить фейна (считай, здорового мужика ростом метр восемьдесят — это ранее было указано) на плечах несколько тысяч шагов?! Нереально.

— Вы давно на станции?

Он посмотрел недоуменно, но ответил:

— Недавно.

— И с какой целью вы сюда прилетели?

— Без цели.

— Это не разговор, а допрос какой-то!

— В главках про Фейн очень часто и назойливо повторяется слово «скучный», «скучно» и т. п. Все уже давно поняли, что Хельге здесь скучно, но автор зачем-то раз за разом это повторяет.

Но вообще манеру повествования от лица Хельги автор в целом выбрал достаточно удачную. Заметно отличается от повествования «от Ильи» или «от Шандар». Это хорошо.

— Это потому, что меня всякой гадостью перед посадкой начали!

— Может, все-таки «накачали», а не «начали»?

Каждый шаг ее поднимал тучу брызг, которые оседали на одежде и темных волосах.

— Она что, специально так сильно подымала брызги, что те даже на волосах оседали?

Какое-то неудобство мешало нормальному разговору.

— Корявая фраза.

Оно еще даже как следует не началось: заповедник, по их расчетам, начнется часа через два.

— Началось — начнется.

Поэтому, сейчас не на что смотреть: всё вокруг уже осмотрено…

— Смотреть — осмотрено.

Первый барьер, установленный людьми, Илья с Хельгой преодолели легко: он отключался нейтрализатором, который девушка позаимствовала у Ибрагима. Второй барьер, со стороны фейнов, могли отключить только они.

— Странно — в первый раз Хельга очень удивилась, узнав, что у фейна есть нейтрализатор — до того она, похоже, вообще не знала об их существовании. И в первый раз барьер был всего один. Откуда взялся второй?

То деревянный мост из наклонившихся к середине реки и сросшихся деревьев.

— Тавтология: деревянный мост из деревьев. Слово «деревянный» — убрать. Оно лишнее.

Он среагировал быстро: затормозил веслом…

— Веслом не тормозят. Тут нужен другой глагол.

Это не страшно, когда видишь, как тельце малыша, которого ты держишь, исчезает в небытие, а он плачет, не понимая, что происходит.

— Ничего себе — «не страшно»!

Тебя еще интересует насчет высадки гессов?

— Корявая фраза.

— Что, сжечь леса, чтобы они не достались прожорливому убийце? — зель упорно не желала говорить «шандар» применительно к животному.

— Не поможет, — махнул рукой Ибрагим, — после пожара остается вполне достаточно, чтобы хватило этой твари на закуску.

— А самих шандар жечь не пробовали? Напалмом, плазмой, лазерами?

Хладогенераторы, неспешно летящие на грузовых вертолетах…

— Корявый и неудачный оборот.

Вот пойдут они и сметут и вал, и генераторы, и лес, и станцию, и людей в них.

— «В них» — это в чем? В генераторах? В станции? В лесу?

В-третьих — многоуровневая поддержка на уровне Совета.

— Многоуровневая — на уровне.

Теснота — первое, что бросилось в глаза Илье, когда он вернулся. Даже на Хань не было такой скученности, как в лагере беженцев. Люди неприкаянно ходили от палатки к палатке, маясь от безделья.

— А почему бы людям, которым тут уже нечего делать, просто не эвакуироваться с Фейна? Как это и предлагалось в самом начале, когда стало известно о нападении шандар. Оставить необходимых специалистов, а остальным — улететь.

Как неуклюже бежал ее малыш, крича и плача…

— Малыш никуда не бежал. Мать кинула его Хельге, но не добросила.

— Даже если найду. Вот скажи мне, милая Шандар, будет ли нам двоим под силу противостоять коллективному разуму, состоящему из тысяч особей, каждый из которых не глупее нас с тобой?

— А почему бы не поднять глобальный шум в информационной сети? Опубликовать снимки с Фейна? Рассказать о трагедии? Сообщить, чьих это рук дело? Дать информацию, кто такие гессы? Если общество узнает о той опасности, которую несут гессы — правительству отвертеться не удастся, придется принимать меры. А у правительства средств намного больше, оно сможет решить проблему гессов и без тотального уничтожения планеты.

— Тебе сильно повезло, — отозвалась зель. — Так не бывает.

— Это точно! И вот так — весь роман! То «бог из машины», то «рояль из кустов».

— Да, мне всегда везет. Очень!

— Однако ранее Илья не раз сетовал, какой он невезучий.

Чтобы нанести хоть какой-то ущерб, торпеда должна плотно прижаться к разрушаемой поверхности.

— Может быть, все-таки «ударить» или хотя бы «соприкоснуться» — а не «прижаться»?

Первым делом Шандар резко увеличила скорость, держа курс на станцию.

— То есть, ведет корабль Шандар? А как же капитан? Или они уже на другом корабле? Где они его взяли? Купили? На какие деньги? Арендовали? Тогда почему без экипажа? А за аренду корабля без экипажа с них бы, небось, затребовали такой залог, что необходимой суммы у них бы наверняка не нашлось. Короче, полная неясность.

В случае невозможности остановки, подайте сигнал: вам будет предоставлена возможность беспрепятственного прохода.

— Невозможности — возможность.

Торпеды, тупо следуя за нами, разумеется, никаких опознавательных сигналов не передавали, и воспринимались автоматической системой защиты, как инертные тела — астероиды.

— Какие ж они «инертные», если меняют свою траекторию, следуя за кораблем?! Да и двигатели у них наверняка работают. Должны восприниматься, как маленькие корабли.

В ход пошли объемные ловушки, отстреливаемые от поверхности, магнито-резонансные поля, разрушающие электронные команды процессоров торпед…

— Но ведь ранее пишется, что система защиты приняла торпеды за метеоритный рой! Какие тогда поля, воздействующие на процессоры? Как они остановят метеориты?

Комп станции сразу раскусил суть торпед, после их маневров.

— О чем мы и пишем выше. Значит, после первого же поворота в погоне за кораблем компьютер станции уже перестал воспринимать торпеды, как метеориты. А это произошло еще до непосредственного подлета торпед к станции. Значит, и методы противодействия должны быть не такие, как против метеоритов.

Да только фокусировка на объекте, постоянно меняющем скорость, направление движения и ускорение практически невозможна: мешает масса крейсера. Пока он доворачивает маневровыми двигателями, цель ушла, и луч опять прошел мимо.

— А повернуть собственно лазерную пушку, а не «доворачивать маневровыми двигателями» весь корабль — ума не хватает? Или у них лазеры закреплены неподвижно? Тогда это вообще какие-то допотопные устройства!

А еще гессы могут подстрелить наш корабль на орбите — и это будет весьма радикальным решением с их стороны.

— Из какого оружия? На планете, вроде бы, не было военных баз и мощного оружия, способного поражать корабли на орбите.

Или они надеялись на крейсер, и у них не было оружия наземного базирования?

— Про крейсер гессы, скорее всего, даже не знали — вряд ли это они его послали, и вряд ли их о крейсере уведомили. Зачем? А оружия наземного базирования для стрельбы по орбите у них, скорее всего, и вправду не было — см. выше.

К тому же, тепловая защита межпланетника уже почти перестала защищать нас…

— Защита — защищать.

— Способность перемещаться во времени-пространстве у героя никто не отбирал. Собственно, он ею и воспользовался. Так к чему были все эти мысли о гибели?

Всё легко, когда есть простой способ уйти. Можно даже успеть сообразить — кого брать с собой…

— А что, есть какие-то варианты? На борту только он и Шандар, и ее он уж точно не бросит!

Мне хотелось поговорить с ним. На вечную тему: «Что дальше?» Ну, сделал я то, что собирался, и что?

— Просто живи, — ответил Нейдар, — наслаждайся.

— Теперь Нейдар на мысли героя вслух отвечает.

— Ты хочешь сказать, что это Властители уничтожили машину?

Нейдар поднял ладонь.

— Ради своей безопасности.

— Ерунда какая-то. Норанов почти не осталось, они уже не считают себя Властителями и утратили многие былые способности. Как они могли «вычислить» изобретение на отдаленной планете машины времени, как туда добрались, и зачем ее уничтожили? Как машина угрожала безопасности тех, кто и так уже почти совсем «ушел со сцены»?

— То есть, тогда это было верное решение?

— А ты бы стал что-то делать, не будь у тебя внешнего толчка?

— То есть, всю цепочку событий и активность Ильи инициировали оставшиеся нораны? Но почему они выбрали именно Илью? Что в нем такого особенного? И зачем им это было нужно? Они могут предвидеть будущее? Вроде бы, нет — такое среди их способностей (к тому же во многом утерянных!), вроде бы, не числится.

…норан улыбнулся. Странно было видеть ее на всегда серьезном нечеловеческом лице.

— Ее — это кого (что)? Улыбку?

Мы — законопослушные граждане. Она сама видела, что все обвинения с нас сняты.

— Интересно, с какой это стати? Их перестали ловить? Пытаться убить? Склонить к сотрудничеству? Совсем недавно целый крейсер для их уничтожения отправили — а теперь даже обвинения сняли? С чего бы это? Рустам и его люди испугались и решили оставить их в покое? Вряд ли…

На отдельных граждан обращают внимание, только если с ними случается что-нибудь экстренное.

— «Экстренное» — это вообще-то «срочное». В данном случае это слово явно не подходит.

Она даже не задалась вопросом — чего ради мы к ней приходили — какое экстренное событие привело нас в Администрацию.

— Опять «экстренное», и опять не совсем точно по смыслу.

Если ругаться с домом — он обидится. Невыносимых жизненных условий не создаст, не мелкие пасти делать будет.

но мелкие пакости

— Бей, — сказал я Шандар и подставил ладонь.

Упрашивать ее было не надо. Она мгновенно вскочила и сразу же ударила кинжалом, который непонятно откуда достала.

— Зачем же сразу кинжалом? Могла бы и кулаком. А вдруг бы Илья не успел отреагировать? Она ведь не знала, что произойдет.

…подгоняешь наш скутер вплотную к старому и, когда ты-первый выпрыгивает из кабины, сдвигаешь нашим скутером его машину. Уборщик фиксирует захват на новой машине, а ты отгоняешь старую в сторону, с тем, чтобы ты-первый не увидел подмену.

— И Илья-первый ничего этого не заметит? Сомнительно.

А еще я забыл про старичка, который, конечно, никуда не ушел. Впрочем, он и не разговаривал: Шандар так и не убрала пистолет.

— Если все происходило столь быстро, старичок не разговаривал по совсем другой причине: он ничего не успел ни заметить, ни сообразить, ни рот открыть.

— Кстати, а что стало с Пашкиным отцом — изобретателем машины времени? Ведь его изобретение работало (пусть и не совсем так, как он хотел), и само никуда не делось, долго стояло в гараже. Почему Пашкин отец его не запатентовал или сам им не пользовался? И куда он подевался? Умер? Исчез? Если пропал в другом времени — то почему аппарат на месте? В общем, одни неясности.

Рубрики: Семинар

38 комментариев

Комментирование закрыто.