Игорь Вереснев: «ЛУННЫЙ ЗВЕРЬ»

(роман, чуть больше 20 а. л.)

— В целом — неплохой роман! Хорошо закрученная интрига, есть несколько нешаблонных ходов, неплохо прописаны характеры и их изменения, есть весьма мощные эмоциональные сцены, вызывающие сопереживание. И общая гуманистическая идея вполне неплоха.

Из «минусов»: много штампов, шаблонных описаний. Злоупотребление уменьшительно-ласкательными. Местами затянуто. Почти не видна авторская индивидуальность: уникальная авторская манера, неповторимый стиль — их почти нет. Поставь под романом другую фамилию, мало кто бы усомнился, что написал его автор N, а не Игорь Вереснев. Местами нечто индивидуальное, конечно, проглядывает — но, увы, нечасто. Периодически — много лишних эпитетов. Хорошо бы «выжать воду», сделать текст более плотным, «мускулистым». Плюс почистить корявые фразы, опечатки, мелкие нестыковки и прочую «грязь». Ниже отмечены лишь те из них, что наиболее бросаются в глаза — а в тексте их еще немало.

Но при всем при этом роман читается с интересом, мысли, чувства, характеры, психологические нюансы также наличествуют, что не может не радовать. К тому же роман достаточно динамичен. Поэтому после устранения указанных конкретных недостатков вполне может быть рекомендован для издания.

— Это хороший 15-листовый роман, утопленный в 20-листовом. В целом, если подрезать, где надо, роман имеет шанс на издание.

К концу романа от политики и новых третьестепенных персонажей утомляешься категорически. Идея тонет в этом ворохе…

— Финал в целом неплохой. Слегка перебор патетики, но народ это любит.

Отсутствие авторского стилевого лица.

Чувство темпоритма недоразвито. Ряд кусков провисает. Местами надо подрезать, местами делать разбивку на фрагменты… Некоторые эпизоды притормаживают — уже все разъяснено, а Мастер(ица) все рефлексирует, повторяя только что описанные страсти…

Авторская концепция, случайно или намеренно, включает в себя довольно хитрый ход: многие из нелогичных моментов «мира Алисы» можно оправдать тем, что это виртуальный мир, который к тому же делался в большой спешке. Соответственно, Мастера (а также Алиса и Дали в случае тайного острова) могли что-то не учесть или не успеть доработать — отсюда и «глюки». Однако читателем такие несоответствия, скорее всего, будут все же восприниматься именно как авторские недоработки, а не как «баги» Мастеров. Поэтому следовало бы их все-таки исправить. А если какие-то из них оставлены намеренно — тогда стоит хотя бы вскользь намекнуть об этом где-то в тексте. Причем, по возможности, не «вообще» — а относительно соответствующих конкретных моментов. Часть конкретных «багов» в тексте действительно описана, и указано, что это «баги»: «белое пятно» у мыса Эш, Мебр, Гора, которая вверх высоченная, а упадешь — даже не ушибешься… Тут все ясно и автором объяснено. Но ряд других несообразностей (см. замечания ниже) не объяснен. Надо эти моменты поправить (если это «авторские глюки»), либо «разъяснить» — если это «глюки Мастеров».

Нередко попадаются типовые, штампованные описания.

Дали, будучи в теле сжигаемой охотницы, вспомнила: Алиса говорила, что зверь, являясь, «восстанавливает справедливость». И действительно, Зверь разорвал злых кочевников, а охотницу и детей не тронул, спас их. Но ведь Дали-то запрограммировала Зверя совсем другим! Кровожадным и похотливым, а отнюдь не «поборником справедливости»! Неувязочка получается… Или Дали не до конца переделала Лунного Зверя, и он все же сохранил часть своей изначальной, «правильной» сути? Но если это так, хорошо бы было об это где-то сказать или хотя бы намекнуть.

Роман читается с интересом, но где-то к середине 2-ой части интерес начинает несколько ослабевать. Слишком много разных сюжетных линий (или «миссий», выражаясь языком геймеров). Потом все они сходятся воедино, в этом смысле автор молодец! Но каждая из них сама по себе несколько затянута. Следовало бы несколько ужать и подсократить 2-ю и 3-ю части романа, ибо развитие сюжета и основного конфликта несколько размазывается.

Пример тех. сокращений:

Оригинал:

Не удивительно, что хоканцы верили в демоническую причину болезни, — ни один их шаман не знал лекарства от нее. Начиналось все, как обычная простуда. Жар, ломота в суставах, жажда, головокружение, головная боль, тошнота. Затем тело покрывала сыпь, превращавшаяся в лопающиеся волдыри, жуткие язвы. Немногие, кому «посчастливилось» выздороветь, оставались изуродованными, слепыми, калеками. Хоканцы пытались остановить болезнь, сжигая тела умерших, — а часто и еще живых! — их жилища со всей утварью, повозки, даже лошадей, наивысшее богатство кочевников. Но и такие жестокие меры не помогали, — хоть и медленно, но болезнь расползалась по степи.

Правка:

Не удивительно, что хоканцы верили в демоническую причину болезни. Ни один шаман не знал лекарства от нее. Начиналось все, как обычная простуда. Жар, ломота в суставах, жажда, головная боль, тошнота. Тело покрывала сыпь, превращавшаяся в волдыри. Немногие, кто выздоравливал, оставались калеками. Хоканцы пытались остановить болезнь, сжигая тела умерших, — а то и живых! — их жилища со всей утварью, даже лошадей, высшее богатство кочевников. Но самые жестокие меры не помогали — болезнь расползалась по степи.

Оригинал:

Заведение это было убогим и мрачным, под стать землям, на которых он стоял. Двухэтажный сруб с маленькими, похожими на крепостные бойницы окошками. По сути, это и была крепость, защищающая остановившихся на ночевку людей от рыскающего вокруг зверья. На первом этаже, — кабак, кухня, хозяйское жилье. На втором, — комнаты для гостей. Свободных было достаточно, состоятельному гостю выделили лучшую. Господи, — это называлось «лучшая»! Что тогда представляли из себя остальные? Лавка под окном, сундук да кровать, застеленная набитыми невесть чем тюфяками. В воздухе противно зудят комары, обещая «сладкую» ночь. А стоило стянуть сапоги и камзол, за дело принялись населяющие тюфяки блохи. Шаран тут же брезгливо сбросил «постель» на пол. Лучше уж спать на голых досках, чем терпеть укусы прыгучих тварей. Но с комарами так легко не справиться. Если намереваешься выспаться в таких условиях, следует перед сном хорошенько надраться.

Правка:

Заведение было убогим и мрачным, подстать окружающим землям. Двухэтажный сруб с маленькими, похожими на бойницы окошками. По сути, это была крепость, защищающая постояльцев от рыскающего вокруг зверья. Внизу — трактир, кухня, хозяйское жилье. На втором этаже — комнаты для гостей. Состоятельному гостю выделили лучшую: лавка под окном, сундук да кровать, застеленная колючими тюфяками. В воздухе зудели комары, обещая «сладкую» ночь. Стоило раздеться, как за дело принялись блохи. Шаран брезгливо сбросил «постель» на пол. Лучше спать на голых досках, чем быть съеденным заживо. Жаль, с комарами так легко не справиться.

Заметки на полях:

В феодальном обществе дочь лорда всерьез идет разговаривать с отцом о замужестве с учеником астролога? Удивляется цинизму отца? Мы — фантасты, но не настолько… Это даже для искусственного мира слишком.

Совершенно неприемлемый, если учесть, что любой стражник на границе узнает свою молоденькую госпожу.

Это с чего бы это?

Вообще-то звзедочет и княжна на редкость наивны даже для их возраста.

Ну да, раз море, то какое? — Лазурное. И прочие штампы.

Не успели сбежать — нате, шайка разбойников. Этого добра в фэнтези — как гуталина.

Рассказ Алисы о лейкемии — слишком страдальческий. Перегиб.

Если фэнтези-мир — продукт вирт-арта, то это очень уж затасканный ход.

Длинное описание мира игры — набор штампов фэнтези. Чему Мастера так восхищаются? Фантазия у Алисы весьма скудна.

Первые главы — до вирт-работы — надо сделать не главами, а прологом. Или как-то еще структурировать роман. Скажем, называть главы именами центральных персонажей, или названиями местностей. Иначе переходы слишком неудобны.

Сокращать! Мышцы тонут в жирке необязательных повторчиков.

Все-таки мир странен. Полярный медведь (охотница Сигрит), желтолицые, Европа. Слишком тесно составлено для таких климатических разнобоев.

Он стоял в углу подиума, охраняемый, словно страшный преступник, словно главарь банды разбойников, дюжиной вооруженных до зубов солдат.

Вот из за таких двойных сравнений, не усиливающих образ, а взаимоуничтожающихся из-за однообразия, текст разрастается и становится рыхлым.

Кокон силы-любви, накрывший Гайрона — аналогичен кокону Кришны в «Черном Баламуте».

Часто надо «чинить» диалоги — они не живые, а функциональные.

— Ли, прости меня, пожалуйста! Я виновата, что не поверила тебе тогда. Не поверила, что тот мир, — тоже настоящий. Но теперь то я знаю, — все, о чем ты говорила, — правда. И нужно что-то делать, как-то остановить этот кошмар, что пытается пролезть к нам.

— Ли, но ведь нужно что-то предпринимать! Выход официального релиза назначен на первое августа. Игра разойдется стотысячным тиражом. Геймеры ринутся сквозь проделанные нами двери, и все, конец! Грань рухнет, они сами станут игрушками чудовищ. Не только в том мире, но и в нашем! Я же вижу, что происходит с Миком. Смерть Пикассо не напугала его, наоборот, доставила удовольствие! Он изменился, Ли, страшно изменился. Ему нравится причинять боль, убивать. Без разницы, — там или здесь!.. Ли, осталось чуть больше трех недель. Нужно как-то закрыть дверь!

— Я ищу Гаэль по заданию Мастеров. Наш мир рушится, и спасти его может лишь сила Лунного Зверя.

Ну нельзя же так по-канцелярски!

Не перебор ли по сексу и обнаженке? С какого-то момента оно делается однообразным и оставляет равнодушным. А главное, контрастирует с некоторой наивностью остального (несмотря на вспоротые животы).

Вообще-то свой текст надо подписывать в файле. Имя и фамилия автора, потом название, потом текст. Это общее правило оформления рукописей.

Все расклады, кто с кем воюет, кто против кого поднял мятеж, кто с кем в союзе — империя, королевство, бароны и т. д. — очень запутанны. С первого раза сложно понять. Да и со второго тоже. Тем более, что для сюжета, общей идеи и основного конфликта романа это не столь уж важно. Читатель отвлекается, путается. Надо бы все это несколько сократить и упростить. Ведь кто с кем собрался воевать в «мире Алисы» — далеко не главное в романе! А тут это слишком подробно и к тому же весьма путано расписано.

Еще три месяца назад закатал все ценное из рэмовского проекта на компакты и вычистил из хранилища. А ссылочку забыл коцнуть.

— Это же, вроде, будущее. И при этом информация сохраняется на «компакты»! Когда уже сейчас есть куда более современные и ёмкие носители информации. Да к тому времени придумают что-нибудь в миллионы раз более ёмкое, чем те же DVD или даже Blue-Ray диски — не говоря уже о компактах (CD)! Конечно, в будущем «компактами» может называться что-то совсем другое, а не CD, но в данном случае из текста это совершенно не ясно. Надо либо заменить термин, либо где-то вскользь упомянуть, что в будущем «компактами» называют не современные нам CD-диски, а что-то иное.

Да, и совсем непонятно: Винч все-таки стер в своем хранилище «мир Алисы», или нет? Вроде бы, большинством голосов решили не стирать. Дали ведь проголосовала против стирания, а ее голос оказался решающим! Или Винч решил все стереть против воли большинства? Полная неясность. Хорошо бы в тексте как-то коротко прояснить эту ситуацию.

В мягких креслах партера разместились самые важные лица Тарсуса. Столичные вельможи, государственные сановники, их жены, пришедшие не столько поглазеть на судилище, сколько пощеголять друг перед другом нарядами и драгоценностями. Дальше, в амфитеатре, собралась публика проще. Худородные провинциальные дворянчики, волей случая оказавшиеся в стольном граде, купцы, хозяева ремесленных мастерских и мануфактур. Простой люд разместили на ярусах галерки. В основном студиозы, а то и просто школяры. Они вели себя непривычно тихо и скромно. Еще бы! Напротив, в ложе, сидел почтивший своим присутствием судилище Император. Его скромный черный камзол контрастно выделялся на фоне разноцветных нарядов придворных дам, сгрудившихся вокруг.

— Сомнительно, чтобы «простой люд», и даже купцов и хозяев мастерских пустили в столь уважаемое собрание, на котором присутствует сам Император!

—   Это сгусток энергии. — Просипел все еще стоящий на подиуме профессор. — Он может сжечь человека, оказавшись поблизости. А прикоснувшись, — убьет наверняка.

—   Я знаю. — Согласился Феокл. И прошептав едва слышно «рапид ломмо пеленг», погладил пальцами шар.

— Но руку-то в костре он в первый раз обжег! Потому что заклинание защищало «от чужой злой воли, а не от собственной глупости». Феокл погладил шаровую молнию добровольно. Значит, она должна была убить его, или хотя бы обжечь. Но этого не случилось. Почему? Потому что автору так захотелось! Нельзя нарушать самим же установленные в романе законы и правила!

А вот ответ «бога»-Винча, насчет «пожрать и выпить» — хорош. Сразу снимает весь лишний пафос. Хорошая сцена.

Танита, почувствовав свободу, тут же бросилась к любимому. Упала на колени, осторожно попробовала перевернуть на спину.

— У него же рана на спине! Она что, совсем глупая? Не понимает, что он так скорее загнется? Собственно, он и загнулся.

…Наш мир придумали и сделали Мастера. Зачем и как, — я не знаю. Но работа осталась незавершенной. Они даже «инструменты» побросали, когда уходили. Вы называете колдунами и ведьмами тех, кому посчастливилось найти хоть что-то…

— Зачем колдунья читает девушке эту «лекцию»? В данной ситуации это смотрится несколько неуместно. Объяснить ситуацию читателю? Так потом читатель и так все поймет. Далее в тексте романа все это разъясняется куда более подробно и к месту.

Даже не девушка, — девочка-подросток. Кроме юбки на ней одежды не было. Сложенные в замочек ручки с забавными розовыми ноготками на смуглых пальчиках. Едва оформившиеся грудки с острыми, маленькими, темно-коричневыми сосочками. Плечики, достаточно широкие для девушки. И над всем этим, — кругленькое, симпатичное личико в обрамлении черных кудряшек. С полными губками, маленьким носиком. И любопытными карими глазками.[…]

Личико у той было симпатичное. Даже коротенькие жиденькие волосы его не смогли испортить. […] Только тоненькие, такие же полупрозрачные, как и лицо, пальчики теребили травинки газона.

— Сплошь уменьшительно-ласкательные формы прилагательных. Сюсюканье! Чем дальше, тем это смотрится противнее. Вместо умиления — прямо обратный эффект.

Очень странно, что Клеон с «большой земли» и девушка с острова, никогда не видевшая белых людей, прекрасно друг друга понимают, да и вообще говорят на одном языке. С чего бы это? Вроде бы, в этом мире говорят на разных языках. Недоработка Дали и Алисы? Или они так и задумали? Или — упущение автора? Если автора — поправить. Если Дали и Алисы — где-то в тексте хотя бы намекнуть на это.

…стол с компом, довольно приличным, хотя, конечно, ламерским.

— И в чем же его «ламерскость», если он «довольно приличный»? И откуда он знает, что у этого компа за «начинка» внутри корпуса? Может, там очень крутой профессиональный хард? Или он сквозь корпус видит?

…картинки какие-то рисованные, явно самодеятельные.

— А бывают картинки «не рисованные»? Тогда это уже не «картинки», а либо репродукции, либо фотографии. «Самодеятельные» в данном случае — тоже неудачное слово.

Файрволы у тебя ни к черту, дружище, вот что скажу!

— Опять же, будущее, куда более продвинутые, чем сейчас, технологии — и все те же файрволы, которые уже давно существуют на сегодняшний момент. Нелогично. Неужели за это времени ничего принципиально нового не придумали? «Не верю!» (с) Станиславский.

Но вскоре он был вознагражден с лихвой. В саду, под старой, раскидистой шелковицей был расстелен дастархан, заставленный всевозможными яствами. Чего здесь только не было! Дымилась горячая шурпа, наваристая, покрытая янтарной пленочкой жира; на пышных лепешках лежали вертела с источающим аромат кебабом; огромное блюдо плова, украшенное кусочками вареных яиц и овощей, луковыми розетками, полными гранатовых зерен; гора румяной самсы не умещалась на тарелке. И конечно же фрукты. Белые, словно светящиеся изнутри груши; румяные пушистые персики; нарезанная крупными скибами сочная дыня; виноград, — янтарно-желтый, рубиновый, темно-синий, — крупный,  каждая ягода с перепелиное яйцо, покрытый матовым налетом, и мелкий, прозрачный, сладкий как мед, изюм.

— Описание неплохое, «вкусное», но — как это понимать? Все это изобилие заранее было разложено в саду, в ожидании возможного гостя? А шурпа к тому же оставалась все это время горячей? Тем более, хозяин говорит, что «уже отобедал». Зачем было заранее готовить столь богатое угощение и накрывать дастархан? Для кого? А если это был «тест» (на что есть намек), то старик что — провидец? Заранее знал, что именно в это время встретит нужного ему человека, и велел подготовить угощение? Причем так точно рассчитал время, что даже шурпа остыть не успела? Так, вроде, не провидец — ученый. В общем, тут явная логическая неувязка. А если это было задумано, как «глюк программы» — то на это нет ни малейшего намека. Поэтому воспринимается, как авторский ляп, каковым, скорее всего, и является.

Дастархан вполне могут быстро накрыть по прибытии старика с гостем в дом — тогда неувязка исчезнет.

Когда число не вернувшихся кораблей перевалило за полусотню, махараджа насторожился.

— Ну он и тормоз! Мог и раньше забеспокоиться. Десятка ушедших в одном направлении и пропавших кораблей было бы более, чем достаточно!

Заведение, где на постоялом дворе кормят постояльцев — это не кабак. Харчевня, трактир — но никак не кабак. В кабаке только наливают. А тут, судя по тексту, еще и кормят.

— Уменьшительно-ласкательные «шерстка», «ушко» по отношению к Лунному Зверю — ну совсем уж никуда не годятся!

Корявые оборотцы:

Зарокотавший под сводами зала голос, сменившая его тишина и вспыхнувший свет стали для толпы не меньшим шоком, чем тьма и огненные шары.

«-вши».

Один короткий взмах, — и стилет перерезал горло до самого позвоночника.

Не дожидаясь ответа, Ксан шагнула прямо в дверь, отодвигая парня своим внушительным буфером.

Приемник все это время ждал на флагмане эскадры, и сегодня утром торжественно высадился в гавани и принял командование крепостью и флотом. А бан Эйнен, соответственно, сдал.

ПрЕемник, а не прИемник. И к чему последняя фраза? А таких — треть книги.

А Клеон успел разглядеть лишь маленькую изящную ручку, поспешно задернувшую занавесь в окошке кареты.

— Занавесь — это нечто большое. В данном случае — шторка, занавеска.

Я прекрасно помню, что прихожусь внуком не только лорда Гебера Ченгри, но и сапожника из Сирайя.

— ЛордУ и сапожникУ. Несогласование слов. Прихожусь внуком — кому? Или же: являюсь внуком — кого? ЛордА и сапожникА.

Там, — купить место в торговом караване, идущему через перевалы Пирина, везущему к столам имперских вельмож экзотические плоды южных садов.

— Идущем и везущем. Опять несогласование слов в предложении.

Разрешите, из арбалета пульнуть?

— «Пульнуть» — от слова «пуля». Этот глагол мог появиться только при наличии оружия, стреляющего пулями. Так что — «стрельнуть», а не «пульнуть».

Четверо в буро-зеленых холщевых куртках выросли будто из-под земли…

— Штамп. И «холщовых» — черед два «о».

Не развернуться, не в сторону съехать.

— НИ развернуться, НИ в сторону съехать. Да и «съехать» в данном случае — не вполне удачное слово.

Одной рукой обхватив под груди, словно обручем сдавил, а другой уцепившись в лицо.

— Очень корявая фраза. И опять несогласование слов.

А в следующий [миг] девушка пошатнулась, сделала неуверенный шаг назад.

— Пропущено слово «миг». Надо внимательнее вычитывать текст! (Опечатки, ошибки, пропуски слов, неточное словоупотребление, несогласование слов в предложении при накоплении грязи — это раздражает.)

Резко выдавил тормоз…

— «Выдавил» — неудачное слово. Выдавливают прыщи или пасту из тюбика, а не тормоз.

…повел вправо руль…

— «Повел» — опять неудачное слово. «Повести» может машину на заносе. Руль «выворачивают», «крутят» и т. д. — но не «ведут». В данном случае — «крутнул» или «вывернул».

Но фрактальщиком она была классной, каких поискать.

— Несогласование родов. Или «фрактальщиком она была классным», или «фрактальщицей она была классной».

…и прочую лобуду на уши вешать умел.

— На уши вешают лапшу, а не «лобуду».

Следственно, не успела встретить твой «подарок».

— Не «следственно», а «следовательно».

Существо продолжало неотрывно смотреть,  внимая каждый ее звук.

Да и не даст Зверь ей эти три метра сделать.

— Слово «сделать» тут не годится.

…морщинистое, загоревшее, выдубленное ветрами, холодом и зноем лицо.

— Штамп.

…обрывки какого-то мусора на полу.

— «Обрывки мусора» — неудачное словосочетание.

Крепко висела на своей волне.

— «Висеть на волне», даже в переносном смысле, нельзя. Тут надо использовать какую-то другую идиому.

Одним глотком высушил стакан…

— Не «высушил», а «осушил». Высушить можно белье или волосы феном, а не стакан.

И вдруг заметила, как один из всадников притормозил.

— Тормозят автомобили, а не всадники! Придержал лошадь, натянул поводья — но не притормозил!

— Эй, извини. И не убивайся ты так. Я покупаю товар. Весь.

«Извини» в устах принца точно лишнее! Каким бы он ни был добрым и благородным, извиняться перед простолюдином он не стал бы. Воспитание и положение не то. Утешить и выкупить испорченный товар — в это еще можно поверить. В извинения — нет.

…теребя в руках честно заработанные золотые монеты.

— Теребить можно мешочек с монетами, а не сами монеты. Монеты можно перебирать.

Клеон сообразил, что стоит, затаив дыхание, и поспешно  втянул полную грудь воздуха.

— «Втянул полную грудь воздуха» — корявое выражение.

Возглас любимого за спиной стал последним штришком.

— Фраза звучит некоторым диссонансом ко всей сцене. Сцена кульминационная, эмоциональная, а фраза, и особенно слово «штришок» — какая-то отстраненная, снижающая накал. Выпадает из общего настроя.

Если бы знала, что девушка не умерла, что нужно просто отблистать еще три четверти века!

— Может, все-таки «отлистать»? Без «б»?